Квартет И


«Наше Радио» и «Квартет И» представляют цикл репортажей из серии «Великий русский путешественник Конюх Федоров».


Путешествие первое. Гималаи.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся у подножия Гималаев с северной стороны этой самой высокой горной гряды в мире. Здесь разбил тренировочный лагерь знаменитый российский путешественник Конюх Федоров. На этот раз он собирается первым в мире пройти под гималайской грядой с севера на юг. Перед отправлением в эту экстремальную экспедицию Конюх дал нам эксклюзивное интервью. Скажите, Конюх, каким образом вы собираетесь преодолеть несколько тысяч километров горной породы?
- Значит это, большая часть экспедиции будет проходить по кротовьим лазам. 14 последних лет я изучал подгималайные пространства и пришел к выводу, что они прямо испещрены этими лазами. Здесь водится знаменитый гималайский крот. Крот – он же как: вгрыззя в породу и пошел. И тут он либо с другой стороны выйдет, если правильное направление выбрал, либо будет зарываться-зарываться, пока не подохнет.
- И как же вы будете двигаться по этим лазам?
- Ну, сначала, хотел кротов приручить, чтобы они мне дорогу показали, но животное оказалось злющее, прямо свирепое. Наверное, потому что слепое, вот и злится на весь белый свет. Поэтому поеду на куничьей упряжке. Куниц же приручить можно… с ними, вообще, можно делать разные вещи… хорошие, ласковые существа, без этой, присущей кротам жесткости, только вонючие. Ну, ты ж чуешь, корреспондент.
- И как будет проходить экспедиция?
- Ну, значит, первой бежить куница-разведчик и оповещает об опасности специфическим запахом. Ей же страшно. Во-от. Потом упряжка из 37 куниц, а дальше я на специальной деревянной подставке с роликами, привязанный. Я ж специально похудел на 50 килограмм, потому что кротовий лаз – он же в диаметре не более 40 сантиметров. Ну, извини, корреспондент, завтра с утречка старт, пойду, намажу себя маслом, чтобы легче скользить по лазам.
- «Наше Радио» продолжит следить за экспедицией Конюха Федорова под Гималаями. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие первое. Гималаи.
День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова пересечь Гималаи под землей на куницах. Перед нами – кротовый лаз, в который через десять минут упряжка из 37 куниц унесет нашего отважного соотечественника. А вот и он – обернутый в фольгу и обмазанный машинным маслом для лучшего прохождения узких участков. Скажите, Конюх, а чем Вы будете там дышать?
- От ты спросил, корреспондент! Ртом я буду дышать. Ну, может, еще носом! И потом, я ж могу и не дышать, что мне сделается. Вот куницы, они другое дело. Правда, я здесь в каждую закачаю кислород с помощью ручного насоса, потому что ножным нельзя, можуть повзрываться, и им достаточно. А как не будет хватать кислорода, они так понесуть к выходу, что только держись. А потом, они ж от закачанного кислорода легче становятся… и, опять же, эйфория.
- Вы чувствуете себя полностью готовым к экспедиции?
- Чувствую. Тут же главное – мазь подобрать правильно, чтобы лазы проходить без потерь времени и человеческого материала. Принцип вазелина.
- А какие опасности подстерегают вашу экспедицию в пути?
- Опасаюсь кротов. Они нападають всегда исподтишка и очень зверствують. Одному руку отгрызли от туловища соответственно на фиг. Пытали. Все хотели узнать, куда это – «вверьх». У них же вестибулярный аппарат атрофированный, потому и живуть под землей – не знают, куда вверьх.
- А что с собой возьмете?
- Флаг России, фонарик, и книги обожаемого мною автора Толстого, тридцать томов.
- Алексея, или Льва?
- Та мне все равно.
- Со всей России вам пишут, желают удачи. Вот, девочка Ира из Калининграда выткала Вас на платочке, переплывающего Тихий океан на спине. Вот, узнаете – это парус, это спина, а вот вы на ней.
- Да, было нелегко…
- А вот подарок с Урала – пятилитровая бутылка водки «Конюх Федоров. Кедровая». Видите, написано: настояна на шишках, набитых конюхом Федоровым, пока он продирался сквозь кедровую рощу.
- О-о-о, ох, ох, ох. Откладывается экспедиция… та скать, по техническим причинам. Куниц поддуть, ролики смазать, письмо жене написать, я ее уже 27 лет не видел, беременная тогда была. Надо ж узнать, кто там родился. Как ее зовут-то, не помнишь?
- «Наше Радио» продолжит следить за экспедицией Конюха Федорова под Гималаями. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие первое. Гималаи.
День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова пересечь Гималаи под землей на куницах. Буквально через две минуты наш отважный соотечественник ворвется в подгималайные пространства на доске с роликами. Последнее интервью перед стартом. Скажите, Конюх, сколько времени будет продолжаться ваша экспедиция?
- Трое суток, потому что если больше, то есть возможность задохнуться к чертовой матери, а такой задачи я перед собой не ставлю.
- Во имя чего вы собираетесь совершить этот подвиг?
- Во имя России, конечно. Да и дома особенно делать нечего. Ты у меня во Внешних Выволочках бывал? Вот то-то.
- И вот исторический момент – упряжка из 37 куниц въезжает в кротовий лаз, унося за собой нашего отважного соотечественника, обернутого в фольгу и обмазанного машинным маслом для лучшего скольжения.
- Поехали!
- Буквально через 10 секунд мы свяжемся с путешественником, на груди которого установлен наш микрофон. А пока скажу, что открыт прием заявок на спонсирование следующей экспедиции Конюха Федорова. Он пройдет в одиночку сквозь Гарлем с плакатом «Белые намного лучше черных». Ну что ж, пора. Алло, алло, конюх Федоров, слышите меня?
- Куда ж я денусь?
- Ну, как там у вас?
- Да все в порядке. Не видно, правда, ни черта, но это так и задумано. Хорошо, хоть компас есть, но пока его тоже не видно, потому что фонарик в заднем кармане, а на нем я еду.
- На заднем кармане?
- Ну, да, доска ж отвалилась, когда куницы понесли. Ой! Ой-ой! Ух ты!
- Что там у вас?
- Все, корреспондент, извини, у меня тут твердая порода пошла.
- «Наше Радио» продолжит следить за экспедицией Конюха Федорова под Гималаями. Слушайте нас завтра…
- Корреспондент!
- А?
- Х.. на! Проверка связки! А-ха-ха-ха! (Уносится).


4. Путешествие первое. Гималаи.
День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова пересечь Гималаи под землей на куницах. Наш датчик показывает, что он сейчас находится в пяти километрах от места начала путешествия, в двухстах метрах под уровнем моря. Алло, алло, прием! Слышите меня?
- Слышу, не ори, последних куниц распугаешь.
- Как у вас дела? Что с куницами?
- Куницы в большинстве своем живые, хотя многие, конечно, мертвые, но все равно бегут, потому что куда ж они денутся. Сам у порядке, только кочек много, потому при прохождении узких участков кротовьего лаза немного стесал себе нос и уши. А также слегка поменялась форма черепа, то есть, раньше была хорошая форма, а стала плохая. И ни фига, конечно, здесь не видать.
- Вы собирались провести там ряд научных исследований. Получилось?
- Ну, это конечно, делов-то! Значить, успел взять пробу грунта. Ну, что сказать, невкусный грунт, есть можно, но не нужно. И зоологу на заметку: куниц в темноте не видно, а сами по себе они не светятся. Надо было их фосфором намазать. Догадываюсь об их присутствии только по характерному запаху… От ты ж елки, застрял я сейчас! Чуть ноги не оторвало. Вот что бы я тут делал, если бы они оторвались и уехали, а я бы тут остальной остался? Слушай, корреспондент, ты кислородную помпу видишь?
- Вижу.
- О, ты шланг в лаз вставь, и включай, может, меня давление на улицу вынесет. Принцип пробки, я это называю.
- Ну, включил.
- Ух ты ж елки, как оно понеслось-то! Встречай, корреспондент, с другой стороны!
- «Наше Радио» продолжит следить за экспедицией Конюха Федорова под Гималаями. Слушайте нас завтра.


5. Путешествие первое. Гималаи.
День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся у самой южной точки подножия Гималаев, рядом с широким кротовьим лазом, из которого, по нашим расчетам, должен появиться великий русский путешественник Конюх Федоров. А вот мы слышим звук приближающейся упряжки и…
- (Слабым голосом). Давай, милые, давай, чуть-чуть еще…
- И вот из лаза появляются всего три куницы, которые тащат за собой остатки снаряжения… а где же наш путешественник?
- Так то ж я, корреспондент…
- Конюх, где вы?
- Та вот, это меня поколдобило немного. Дай закурить.
- Конечно, конечно, сейчас. А куда, простите?
- Туда, откуда слышно… ох, хорошо…
- Ну, пару слов – сразу после вашего выдающегося подвига!
- Чтоб я еще раз… да никогда в жизни!...
- Ну, так всегда бывает, это знаменитый постэкспедиционный синдром, вызванный пятикратным уменьшением в размерах, обезвоживанием, обеспищиванием и обескоживанием организма. Но, уже через несколько дней Конюха ждет новая экспедиция…
- Да пошел ты в ж…, корреспондент! Иди сам путешествуй, куда хочешь! Положи меня в ванну и полей водочкой. И убери куниц, не могу их больше видеть…
- Итак, на наших глазах установлен новый мировой рекорд! «Наше Радио» продолжит следить за дальнейшими подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.

Путешествие второе. Марианская впадина.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся посредине Тихого океана на борту российского исследовательского судна "Доктор наук профессор Шварценгольд". С него наш отважный соотечественник Конюх Федоров собирается совершить погружение в Марианскую впадину. Это самая глубокая точка мирового океана - 11 тысяч метров ниже уровня моря.
- Скажите, Конюх, что представляет собой аппарат, в котором вы совершите погружение?
- Аппарат представляет собою таз. Медный, очень большой. Потом я, вдетый в таз, потом мои ноги и к ним привязана специальная болванка, чтобы идти ко дну быстрее.
- Как будете решать проблему нехватки кислорода?
- А чего ж нехватки? Таз же объемный, двадцать ведер, там воздуху знаешь сколько?
- Сколько?
- Двадцать ведер. И я в нем внутри. И дышу.
- А углекислый газ куда?
- А я в этом путешествии решил его не выделять. Ну, или через трубочку в воду, если уж не сдержусь.
- А если вы внутри таза, то как же вы будете видеть все, что вокруг?
- А я уже две дырочки в тазу проделал, через них и буду видеть.
- Так в них же будет вода заливаться.
- А я их уже заделал.
- А как же тогда видеть?
- Я ж говорю, дырочки проделал.
- Так вы же их заделали!
- Конечно, в них же вода заливаться будет.
- А как же вы будете видеть?
- Так вы ж уже спрашивали.
- А, да, извините… "Наше Радио" продолжит следить за спуском Конюха Федорова в Марианскую впадину. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие второе. Марианская впадина.
День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова совершить погружение в Марианскую впадину. Сейчас Конюх как раз собирает спускаемый аппарат. Конюх, что вы делаете?
- Собираю спускаемый аппарат.
- А-а… А как?
- Прикрепляю к себе таз специальным липким скотчем, чтобы высвободить руки.
- Эксперименты будете проводить?
- Ну, если понадобится. А так вообще чтобы почесаться, 11 же километров, всяко может случиться. А ногами не почешешься, я к ним болванку привяжу, 70 килограмм.
- Зачем?
- А чтоб не мучиться долго. Ну, в смысле, чтоб до дна быстрее добраться.
- И за сколько думаете достичь дна?
- Да, минут за 10.
- 11 километров за 10 минут?
- Так тут же не идешь, а падаешь. Я проверял - скинул болванку с шестого этажа, секунда - и она на земле. Единственное, собачку соседям пришлось компенсировать, а так хорошо прошел эксперимент - быстро и громко.
- А подниматься как планируете?
- Вот куда ты гонишь корреспондент? Сначала спуститься надо, а потом уже думать, как подыматься. Проблемы надо решать по мере поступления… Ха-ха-ха, да шучу я. Тут на корабле огромный магнит. Нами разработан условный сигнал - я кричу: "Подымай", магнит подключают, и меня вытягивает на поверхность болванкой кверху.
- Как будете бороться с давлением воды?
- Так надо мной же таз. На него и будет давить, я ж его для того и взял. Ну, все, корреспондент, завтра приходи - буду совершать пробное погружение.
- "Наше Радио" продолжит следить за спуском Конюха Федорова в Марианскую впадину. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие второе. Марианская впадина.
День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова совершить погружение в Марианскую впадину с помощью медного таза и чугунной болванки. Сейчас происходит пробное погружение. С помощью двух моряков Конюх был выброшен за борт, и сейчас его удерживают на глубине 2-х метров багром и веслами, чтобы проверить связь. Я опускаю в воду фонендоскоп. Алло, Конюх, вы меня слышите?
- Буль, буль, буль. (Вы ох…и там, что ли?)
- Прекрасно, связь есть, хотя пока не очень понятно, что говорит наш путешественник. Конюх, как самочувствие?
- Буль, буль, буль. (Поднимай меня быстро, а то я задохнусь!).
- Все еще не понимаю. Возможно, Федоров интересуется, что это за плавники и хвосты появились над водой рядом с местом погружения. Прервем погружение и выясним, что хочет сказать наш великий современник.
- Буль, буль, буль, а-а-а!!! Дай весло, дай весло быстро! На, скотина зубастая! На! От зараза, в ногу укусила…
- Ну, что, Конюх, как первые ощущения?
- Так себе. Там же, оказывается, воздуху нету совсем, а еще эти акулы. Надо будет москитолом намазаться. И укус этот продезинфицировать. Думаю, две бутылки водки хватит.
- Две?
- Согласен, корреспондент, три. Это ж не комар, чуть ногу не оттяпала. У меня их, правда, две, но все равно жалко, я ж ими хожу. Но я ее тоже шваркнул, ты ж видел, а?
- "Наше Радио" продолжит следить за спуском Конюха Федорова в Марианскую впадину. Слушайте нас завтра.


4. Путешествие второе. Марианская впадина.
День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова совершить погружение в Марианскую впадину с помощью медного таза и чугунной болванки. На сегодня намечен старт. Над поверхностью моря на лебедке висит таз, к нему скотчем прикреплен Конюх Федоров, к его ногам привязана 70-килограммовая болванка. Через секунду трос перережут и наш великий соотечественник начнет погружение. Конюх! Конюх! Конюх!!! (Бум-бум-бум - стучит по тазу).
- Что ж ты делаешь, корреспондент, громко же!
- От лица всех слушателей "Нашего радио" желаю вам удачи и хочу вручить вот эти подарки. Вот чеканка ученика 5 Г класса Саши Жигалкина, где вы изображены в виде Льва Толстого.
- Спасибо. Ух ты, смотри, правда, как я здесь на Толстого похож!
- А вот телеграмма от жены: "На обратном пути купи кефир и три десятка яиц". Скажите, Конюх, какие последствия для науки будет иметь ваше погружение.
- Да все будет с наукой нормально, никаких последствий, не переживайте.
- Ну, что, мы все верим в ваше удачное возвращение.
- А я вот не очень. И вообще, вот я думаю - на хрена мне все это надо?
- Как, а повышение престижа России?
- А это мне на хрена надо?
- Конюх немного нервничает, а капитан тем временем обрезает лебедку. Счастливого пути, Конюх Федоров.
- (Плюх!) Ух ты, холодина какая! Буль-буль-буль… (Что-то произносит, голос становится все ниже и все тише).
- "Наше Радио" продолжит следить за спуском Конюха Федорова в Марианскую впадину. Слушайте нас завтра.


6. Путешествие второе. Марианская впадина.
День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Продолжаем серию репортажей о погружении Конюха Федорова в Марианскую впадину. Уже можно сказать, что попытка удалась, нам известно, что Конюх достиг дна ногами, и мы пытаемся выйти с ним на связь. Алло, Конюх, вы нас слышите?
- Прекрасно слышу.
- Что вы там видите?
- Себя вижу.
- Отражаетесь в чем-нибудь?
- Не, у меня глаза повылазили, но на ниточках держатся, так что я себя с расстояния метра в три вижу. Маленький такой, с кулачок… сдавило меня, ребятки.
- А как там вообще?
- А чего - вообще? Тут кроме меня никого нет. Холодно, я с собой кипятильник взял, но не во что воткнуть. (Удар). Ой!
- Что случилось, Конюх?
- Таз меня догнал. Я ж его на шестом километре потерял.
- А как вы дышите?
- В пакетик целлофановый, жена с собой дала. Я в него и курю, и все остальное…
- Сколько еще планируете там находиться?
- А нисколько. Тяните меня быстро, очень на родину хочется!
- Начался подъем. Наш прославленный соотечественник стремительно приближается к поверхности. (Удар). Вот он ударился о корабль… (удары) вот еще несколько раз ударился о корабль… а вот и он!
- А-а-а-а-а-а!!! Ух ты!... Что это?
- Осторожней, Конюх, не наступите, это глаза.
- Та я вижу. Лови, лови их… Поймал, мой хороший. (Звуки - чпок, чпок - вставил глаза). Ух ты… красота какая… А сколько, мужики, километров до Челябинска? Кум там у меня. От он квасит… Поехали к нему… Ох, мужики, как эти рыбы водой дышат, а?

КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, установлен новый мировой рекорд! "Наше Радио" продолжит следить за подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.

Путешествие третье. Суборбитальный полет.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся на картофельном поле колхоза имени 10-летия со дня 60-летия со дня рождения Владимира Ильича Ленина. Здесь открывается фантастическая картина – прямо по полю проложены 70 метров рельсов, 20 метров которых загнуты вертикально вверх и в буквальном смысле уходят в небо. Рядом со мной – наш знаменитый путешественник Конюх Федоров. Скажите, Конюх, что вы задумали на этот раз?
- А ты как узнал, что я что-то задумал?
- Ну, как, я ж для этого сюда и приехал…
- А-а… ну, раз для этого, тогда слушай. Тут на краю деревни одна баба живет, Нюрка, думаю вечером к ней. А жене скажу, что в город поехал, приборы покупать. Кстати, у нее подруга есть, так что, если уж ты специально для этого, то айда со мной.
- Простите, а рельсы для чего?
- Чтоб по ним поезда ездили. А что за вопрос такой?
- Да нет, вот это все…
- А ты про это? Фу ты, главное дело, а я-то… Это чтобы доказать, что можно без всяких двигателей в космос взлететь.
- А как?
- Фигак! – и там. Конструкция типа рогатки. Видишь, по сторонам рельсов два столба врыты. Я на них резинку натяну, сам к салазкам привяжусь, резинка салазки выстрелит, они по рельсам поедут, и в небо по этим загнутым уйдут. А сейчас извини, корреспондент, срочно еду в город за оборудованием.
- Конечно, конечно… а что это вы мне глазом моргаете?
- Да что ж ты!... это, корреспондент, нервный тик. Когда я по дну действующего болота 12 часов шел… потом расскажу… выключай микрофон.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие третье. Суборбитальный полет.
День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова вылететь в космос с помощью огромной рогатки. Скажите, Конюх, кто проводил все расчеты по полету?
- А чего там рассчитывать? Вот смотри, рогатка, применяемая в быту, типа «Убей воробушка». Садит на двести метров гайкой. А чтобы такого меня на двести километров забросить, нужно все в сто раз умножить. Я ж так на глаз раз в сто тяжелее гайки. И вот тебе гигантская рогатка, тоже в сто раз больше. И все расчеты!
- Как будет запущен в действие механизм?
- Резинка-то? Ее лошадки натянут, двенадцать штук… главное, чтобы не больше, потому что тогда можно высоко улететь, а земля же она летит в пространстве, буду назад падать, а земли уже нет, улетела, и куда мне тогда падать?
- Будете ложиться на околоземную орбиту?
- Не, я люблю дома ночевать. И военные запрещают – там у них много секретных спутников, могу ногой чего задеть.
- На какие этапы будет делиться полет?
- Этап туда и этап обратно. Между ними планирую водрузить флаг.
- Куда?
- А куда водрузится.
- А как будете приземляться?
- А я так подгадаю, что пока буду в полете, земля немножечко сместится, и я в пруд упаду,
во-он в тот. Главное, чтобы не животом. Потому что животом больно, я проверял.
- А сгореть в плотных слоях атмосферы не боитесь?
- А чему там гореть? Мы ж из воды состоим, в основном, а ты когда-нибудь видел, чтобы вода горела? А если немножко подгорю, так дома супруга сметаной обмажет. Я в Сочи всегда так делаю.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие третье. Суборбитальный полет.
День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова вылететь в космос с помощью огромной рогатки. Скажите, Конюх, в чем научная цель эксперимента?
- Проверить, могут ли в космосе размножаться хомячки. Беру с собой самца и самочку, для чистоты эксперимента посажу в разные карманы.
- Зачем?
- А чтобы жизнь медом не казалась. А то, понимаешь, космос, а они тут размножаются.
- А в чем практический смысл эксперимента?
- Ты что, корреспондент, в науке таких вопросов не задают! Надо и все. Может, потом российские хомячковеды какую теорию из этого выведут. Например, что не нужно брать с собой в космос хомячков. А в крайнем случае, выброшу их на фиг, как балласт. Типа мешков с песком.
- А чего не взять мешки с песком?
- Ты что ж говоришь, корреспондент, мешки с песком же не могут размножаться! А еще нашим ребяткам-космонавтикам посылку отвезу – сальце, лучок, грибочки. И журнальчик один… они ж там без баб, пусть побалуются… ну, поэкспериментируют.
- Будете осуществлять стыковку?
- Нет, я там оставлю, а они будут пролетать – заберут. А если честно, хочу проверить себя. Как бы это правильно сказать… «Влияние чудовищного ужаса на пищеварительную систему человека». А потом эти знания можно будет использовать в медицине вместо клизмы. Цель благородная, хотя и неблагодарная.
- Спасибо большое, Конюх, вся страна с замиранием сердца будет следить за вашим полетом.
- Вот и ладненько. А я пойду, посплю. Я ж с этой экспедицией сплю всего по три часа. Ну, и ночью, конечно, тоже.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.

4. Путешествие третье. Суборбитальный полет.
День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем серию репортажей о попытке Конюха Федорова вылететь в космос с помощью огромной рогатки. Сейчас проводится эксперимент по максимальному растягиванию резинки. Двенадцать лошадей растягивают ее уже около двадцати минут, лошади упираются, хрипят, столбы, к которым прикреплена резинка, скрипят, но держат. Уже пройдена отметка, с которой завтра будет дан старт, но, чтобы проверить резерв прочности, резинка будет оттянута еще на 5 метров.
- Ну, давай, давай, родимые.
- Конюх, как идет эксперимент?
- Да хреново идет, корреспондент. Кони от натуги гадят и сами на этом скользят. Надо будет завтра песку насыпать. Держись, держись.
КОРРЕСПОНДЕНТ. Ужасная картина – первый конь поскользнулся, сбил с ног второго, третьего…
- Ложись, корреспондент! (Свист, шум, ржание, звук тяжелых тел, улетающих в небо).
- Резинка резко сократилась и выбросила коней в небо. Конюх, что будете делать?
- Любоваться. Красиво же, корреспондент, а? Двенадцать лошадей по небу летят. Суровое зрелище, хотя и нелепое.
- Скажите, Конюх, не ставит ли эта неудача под сомнение судьбу эксперимента?
- А где ж неудача-то? Их же, поди, километров на пять подбросило. А их двенадцать, значит, вместе – на шестьдесят. А если еще на десять умножить?
- А почему на десять?
- Ну, хорошо, хотя бы на семь. Чего тебе, жалко, что ли? Это ж не твое семь. Короче, пальнет меня завтра так, что мало не покажется.
- Скажите, Конюх…
- Обожди, корреспондент, они же вот-вот падать начнут, схорониться надо. Бежим. (Удар). Ух ты, Рыжуха упала. (Удары). Близко ложатся. Быстрей, корреспондент! (Бегут, дышат. Слабый удар – «чвяк!»).
- Ой, а это что?
- Так они же гадить не перестали, даже наоборот… Ну, кажись все. Пойду, посмотрю.
- Итак, похоже, завтрашний старт все-таки состоится и мы… простите, я вижу Конюх возвращается бегом и машет мне рукой. Что, Конюх? Куда посмотреть, наверх? А-а!!! (Удар).
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра…


5. Путешествие третье. Суборбитальный полет.
День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, все готово к старту отважного путешественника Конюха Федорова в космос с помощью огромной рогатки. Трактор оттянул гигантскую резинку, которая вот-вот отправит по рельсам салазки, к которым прикреплен наш отважный соотечественник. В конце рельсы круто уходят вверх, и промчавшись по ним, Конюх отправится к звездам. Конюх, скажите что-нибудь на прощание.
- Я те дам, корреспондент – на прощанье. Типун тебе на язык.
- Нет, вы не поняли. Что будет помогать вам во время полета, какие слова вы будете мысленно произносить?
- Не надо тебе это знать корреспондент. Хотя, все эти слова ты и так знаешь. Ты их, может, даже услышишь, потому что я их буду очень громко мысленно произносить.
- Ну, удачи вам, Конюх. Вот вам дорожные шахматы, сделанные специально для вас заключенными воронежского СИЗО из челюсти их сокамерника и хлебного мякиша.
- Спасибо, пригодится.
- Вся страна будет следить за вашим полетом.
- А я вот думаю, может, бензином облиться и поджечь себя? Мне-то ничего, а людям красиво, а? Ну, в следующий раз, поехал я. Отцепляйте трактор, ребятки.
- С богом! (Свист).
- Ах ты ж… (матюкается). Птичка, улетай, улетай, птичка! Ах ты… (матюкается). Эй, на «Боинге» – сверни вправо… (И вдруг все стихло). Ух ты… Россия… земля-матушка… и звезды. Во-от… кажись, падаю… (Свист, опять орет и матюкается). Ох ты ж, страшно-то как… Уходи корреспондент, уходи!...
- Итак, мы находимся на берегу пруда, в который собирается приводниться Конюх Федоров. Звукооператор машет мне рукой. Куда посмотреть, наверх? А-а!!! (Удар).
- Земля. Промахнулся метров десять. Как меня в землю-то по самый подбородок вбило. А где ж корреспондент? Подо мной? Тяните меня, ребятушки, а я его пальчиками ног попробую зацепить… («Чпок!»). Ох ты, корреспондент, какой ты коротенький стал!
- (Очень высоким и тонким голоском). Ну, вот мы и зафиксировали очередное достижение нашего героя. «Наше Радио» продолжит следить за подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.

Путешествие четвертое. Через Сахару на велосипеде.


День первый.



КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в самой северной точке пустыни Сахара. Именно отсюда наш отважный соотечественник Конюх Федоров начнет путешествие через пустыню на трехколесном велосипеде. Скажите, Конюх, чем обусловлен выбор транспорта?
- Ну, а на чем? Яхта моя по песку не идет, пробовал. Верблюдов я боюсь – страшнючие горбатые твари. А пустыню пересечь надо, а то я все уже пересек, а пустыню не пересек. А тут трехколесный велосипед, от сынишки ко мне перешел, а велосипедов я не боюсь.
- Скажите, зачем вы предпринимаете это сложнейшее путешествие?
- Чтобы доказать, что человек может пересечь Сахару на трехколесном велосипеде «Зайчик» и не охренеть. Так что, если одно из этих условий соблюдено не будет, то буду считать, что цель не достигнута.
- Что вы имеете в виду?
- Ну, если я, скажем, пересеку, но охренею, тогда не считается. Или не охренею, но и не пересеку – тоже нельзя. Так что цель поставлена почти нереальная, но только такие и возбуждают меня… в хорошем смысле слова.
- Кстати, Конюх, мы с радостью сообщаем, что на вашей родине в селе Малые Толики на центральной площади вам поставлен памятник.
- Ух, ты! И как я там выгляжу?
- Ну… это не совсем вы, это аллегорический монумент… в общем, там воздвигнуто восьмиметровое бронзовое шило, символизирующее вашу неуемную страсть к путешествиям.
- А, понял намек, ха-ха! А там больше ничего символизирующего не поставили? А то было бы смешно…
- Ну… ха-ха… ценю ваш юмор, но не до такой же степени.
- Ну, слава богу, а то я представляю себе это чудовищное бронзовое зрелище. Ну, все, корреспондент, поехал я, подтолкни.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие четвертое. Через Сахару на велосипеде. День второй.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы связываемся с Конюхом Федоровым, который вчера отправился пересекать Сахару с севера на юг на трехколесном велосипеде. Конюх, как вы нас слышите?
- Ушами, корреспондент. А ты что, как-то по-другому?
- Я имел в виду – хорошо или плохо?
- Когда помоюсь – хорошо слышу, а в основном не очень. Ты говори, я по артикуляции пойму.
- Мы же по телефону говорим.
- Ну, так, значит, по телефону пойму. Спрашивай уже.
- Как вам едется?
- Да можно сказать, что никак. Велосипед, он же и по земле не особо быстро едет, а по песку вообще в основном вглубь уходит, а мне туда не надо. Мне же надо пересечь Сахару поперек, а не вглубь.
- Что собираетесь предпринять, чтобы увеличить скорость движения?
- Чтобы увеличить скорость движения, собираюсь быстрее ехать. Для этого планирую взять велосипед на плечо и бежать с ним. Так он быстрее едет.
- Но вы же так скоро устанете!
- А когда устану, я его выброшу.
- И на чем же вы будете ехать?
- На бидоне с водой. Ехать он, правда, совсем не едет, но сидеть на нем гораздо удобнее, чем на велосипеде, тот же махонький. Сынишке-то моему, чей велосипед, сейчас три года всего. А я его пять лет не видел… Так что, получается, что ему сейчас восемь. Это если складывать. А если отнимать – минус два, но люди столько не живут. Жарко здесь, корреспондент. Давай заканчивать этот разговор, а то я тебе могу еще и не такое сказать.
- Конюх, а скажите… а, хотя, да. «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие четвертое. Через Сахару на велосипеде. День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы выходим на связь с Конюхом Федоровым, который уже два дня пытается пересечь Сахару с севера на юг на трехколесном велосипеде. Конюх, слышите ли вы нас?
- (Гулкий звук, плеск). Слышу, слышу.
- А что со звуком?
- Это я в бидоне. Кажись, нашел оптимальный способ передвижения – положил бидон на бок, засунул в него велосипед, кручу колеса, а они крутят бидон, и он катится.
- Там же вода в бидоне.
- Вода. И что мне? Я ж в воде, как рыба в воде. Единственно, нагрелась она сильно, но пока не кипит, я бы пузырьки увидел.
- А как-то пытаетесь ее охлаждать?
- Дую на нее. Пока не помогает, а там посмотрим. Зато еду. Правда, куда – не вижу, но все лучше, чем стоять.
- Что интересного успело случиться с вами за время путешествия?
- Да ничего особенного. Так, встретил мужика в халате на лошади, он говорит: «Увидишь Джавдета, не трогай его – он мой». А как я его увижу, я ж в бидоне.
- Какие мысли пришли вам в голову за время пути?
- Ну, первая – традиционная: на хрена мне это надо? Потом вспомнил – для России. А вот на хрена ей это надо, вы уже у нее спрашивайте. А вторая мысль такая: вот у нас, когда холодно, снег песком посыпают, чтобы не скользко было. А почему у них песок снегом не посыпают, чтобы скользко было? Было б поудобнее передвигаться – на санках, там, или на лыжах. Да и попрохладнее. А больше мыслей не было, я ж занят – еду.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие четвертое. Через Сахару на велосипеде. День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы связываемся с Конюхом Федоровым, пересекающим Сахару с севера на юг на трехколесном велосипеде. Сегодня четвертый, самый тяжелый день путешествия – на термометре 52 градуса в тени, хотя непонятно, что это означает, ведь тени в Сахаре нет. Алло, Конюх, как ваши дела?
- Да все нормально, только лисапед меня покусал.
- Как покусал?
- За ногу цапнул, зараза, сильно, до крови, и полруки оттяпал.
- Полруки?
- Да не боись, корреспондент, у меня уже новые полруки выросли. На два метра длиннее, и семь пальцев – волосатые…
- А велосипед-то где?
- А к нам тут велосипедица дикая прибилась, и увела его. Выла-выла, он и убежал, дурачок. О, смотри, фонтанчики появились.
- Конюх, где вы находитесь?
- Та я не знаю, но тут прямо рай какой-то… вон стайка вентиляторов летит. Прилетели в фонтанчике купаться. Наши вентиляторы, самарского завода. Домой летят из теплых краев.
А в фонтанчике пиво холодное… и без очереди. (Пьет).
- Конюх, я знаю, что происходит. Вы стали жертвой галлюцинации.
- Стал. Только почему жертвой? О, ты смотри, какая красавица идет… раскраснелась с мороза… в прохладное помещение меня уводит.
- Это же все мираж, это неправда.
- Ну и что? Может, я эту неправду всю жизнь вспоминать буду? Все, корреспондент, давай, до связи.
- Конюх, постарайтесь сообщить нам ваши координаты, мы вышлем помощь.
- Ага, счас. Что я, сам не справлюсь? Не мужик, что ли?
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие четвертое. Через Сахару на велосипеде. День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в самой южной точке пустыни Сахара на берегу озера Чад, куда должен сегодня прибыть наш путешественник. Как всегда, пробуем связаться с ним. Алло, Конюх, вы нас слышите?
- Слышу.
- Где вы сейчас?
- Лечу над пустыней.
- Боже мой, Конюх, у вас все еще продолжаются галлюцинации?
- Да нет, меня орел схватил, видать, когда я без сознания лежал. Я ж так, по моим оценкам, килограмм на 80 похудел, вот он меня за суслика и принял.
- Конюх, как такое могло случиться?
- Так человек же на 85 процентов состоит из воды, вот они все и выпарились. Осталось так – кости, зубы, уши, волоски. Ты бы меня, корреспондент, тоже не узнал.
- Как проходит ваш полет?
- Нормально. На рейсе «Красноярск – Якутск» бывало похуже. Здесь хоть воздух свежий, а там как все обувь поскидывают…
- Как себя ведет орел?
- Клевать меня пытался, зараза, но я его сапогом по морде треснул, схватил покрепче за то, за что надо и лечу туда, куда надо, то есть к вам. Так что, думаю, скоро буду.
- И вот мы видим, что из глубины пустыни к нам действительно приближается орел… а вот от него отделяется какой-то маленький комочек и падает в озеро Чад. Неужели это и есть конюх Федоров? Комок набухает… и, да, я узнаю знакомые черты нашего великого соотечественника. Конюх, можете буквально в двух словах выразить свои впечатления?
- В двух – пожалуйста. Полный пи….ц!
- Мы поздравляем нашего героя с очередной победой. «Наше Радио» продолжит следить за подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.


Путешествие пятое в сердце вулкана Попокатепетль.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в 65 километрах от столицы Мексики Мехико… Мехики Мексико… в общем, у подножия иногда действующего, а иногда недействующего вулкана Попокатепетль, откуда начнет свое сначала восхождение, а потом нисхождение наш знаменитый соотечественник Конюх Федоров. Конюх, скажите, что вас побудило решиться на такое рискованное путешествие?
- Что побудило… стройка побудила, прямо у меня под окнами. С утра как начнут сваи вколачивать, потом весь день их обратно выдирают, потому что не там вколотили. Жить невозможно. Вот я и подумал – пойду, совершу подвиг во имя науки, пусть и бессмысленный, но отважный. А что может быть бессмысленнее и отважнее, чем опуститься в жерло иногда действующего вулкана… как, говоришь, он называется?
- Попокатепетль.
- Во-во. Я один раз в деревне был, Новохацепетовка, помню, что-то похожее. Тоже, надо сказать, путешествие еще то было.
- А чего собираетесь достичь?
- Ну, как чего – славы, денег, успеха у женщин. Тогда сразу машину куплю, жену брошу и в Москву перееду, а то так все задолбало… свиньи, утки, сортир во дворе, ты в него зимой побегай. Я ж, корреспондент, почему путешествую…
- А какое отношение это имеет к вулкану?
- Никакого. Ты спросил, чего хочу достичь, я ответил.
- Я имел в виду, чего собираетесь достичь внутри вулкана?
- Знаешь, если бы я себе этот вопрос задавал, разве б я отправился, например, в свое знаменитое путешествие из Уренгоя через Помары в Ужгород по нефтепроводу. Я себе таких вопросов не задаю, чтобы легче было не отвечать.
- Да вы философ…
- Да пошел ты на хер, корреспондент, со своими обзывалками.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие пятое в сердце вулкана Попокатепетль. День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся возле кратера мексиканского вулкана Попокатепетль, куда собирается спуститься знаменитый путешественник Конюх Федоров. Скажите, Конюх, как вы будете опускаться внутрь вулкана?
- Во-первых, вперед ногами, а во-вторых, используя вантузы. Они же обладают уникальными вакуумно-всасывающими качествами. Я проводил эксперименты, сначала на мышах, потом на супруге. Мышей, правда, больше подавил, чем присосал, а вот жене на гладкую поверхность поставил – так я ее этим вантузом поднял. А в ней же 93 кило – то есть, крепко держит. Такой синяк на этой поверхности оставил – два дня сидеть не могла.
- А как вы туда проникнете?
- Так там же дырка, через которую лава извергалась. Вот в эту дырку я и сосклизну. А там уже кругом остывшая лава, и вся такая гладкая, как… что бывает гладкое?
- Лед… каток.
- Не, это скользкое.
- Полированный стол.
- Нет, то полированное.
- Ну, я не знаю…
- Вот и я не знаю. Так что, заканчиваем беседу?
- Нет, нет! Как… тефлоновая сковородка?
- Какая же она гладкая, там же картошка с грибами, или яичница с колбасой…Как утюг снизу. Им же гладят, он поэтому гладкий, только он горячий, а лава холодная., почти как лед, только лед больше скользкий, чем холодный… А о чем мы с тобой говорим, корреспондент?
- О вашем путешествии.
- О каком? Я просто так часто… не на крабах по дну океана? Они меня тащили, а я их ел… совмещал полезное со съедобным.
- Попокатепетль…
- А, так вот, я к этой поверхности буду вантузами прицепляться, и спускаться, она ж гладкая, как… Ладно, пошел вантузы налаживать… не в смысле «накладывать», а в смысле резинку к ручке изолентой приматывать, чтобы не соскочила.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие пятое в сердце вулкана Попокатепетль. День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся возле самого кратера мексиканского вулкана Попокатепетль, куда вот-вот опустится наш отважный путешественник. Скажите, Конюх, как вы преодолеваете страх перед неизвестностью?
- А чего – страх-то, там же никого нет? А потом, ты посмотри на меня. Я сам кого хочешь напугаю.
- А чем будете питаться?
- Питаться буду крошками из бороды и усов. Там, знаешь, за восемь лет столько всего накопилось. Если повезет, можно на оливье наткнуться, жена на Новый год готовила.
- По традиции хотим вручить вам подарки от наших соотечественников. Вот весло, выточенное учениками 7 «В» класса на уроке труда из рельсы. Весло имеет длину 4 метра, и вот на нем гравировка «Гребите нашим веслом туда-сюда».
- А зачем мне тут весло?
- Просто они его изготовили к другому путешествию, но только сейчас дошло.
- А к какому?
- К тому, когда вы поднимались вверх по Днепру через плотину ДнепроГЭС.
- Ой, да, меня тогда так током треснуло…
- А вот еще трогательный подарок. Мальчик из Владивостока прислал вам свой бутерброд с сыром. Есть его, правда, уже нельзя…
- Ничего, я его на стенку повешу, пусть повисит… а потом съем. Ну, все, пора мне, корреспондент. Пожелай мне чего-нибудь.
- Ну, не знаю… держите хвост пистолетом.
- А ты откуда, корреспондент, знаешь про мой хвост?
- Не понял…
- Обманули дурака на четыре кулака! Нет у меня хвоста, шучу. Только большая шишка на попе, когда я без парашюта… а, ладно, неважно, пора мне. Бывай, корреспондент.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие пятое в сердце вулкана Попокатепетль. День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, прошли уже сутки с того момента, когда Конюх Федоров спустился в кратер мексиканского вулкана Попокатепетль. Мы пытаемся выйти с ним на связь. (Орет). Конюх! Конюх!
- (Рядом). Чего?
- Ой, Конюх, а вы же, по моим расчетам, уже должны были спуститься минимум на километр.
- Так я и по моим расчетам должен был…(Зевает). Уснул я, кажись, когда ты вчера ушел. Здесь темно, тепло и выемка такая удобная оказалась, как раз по размеру. Я ж три года не спал с этими путешествиями.
- Как вы себя чувствуете?
- Нормально, поспамши. Хотя раньше со мной такое только года через четыре начиналось. Ну, в смысле, носом начинал клевать. Причем, ничего с собой сделать не можешь, сам нос клюет, клюет, потом так, раз, подсечешь – и карась!
- Что это вы говорите, конюх?
- Да это я всегда спросонья такую фигню несу. Ладно, буду спускаться.
- Мы напоминаем, что конюх спускается по гладкой отвесной стене из лавы, присасываясь к ней вантузами. (Слышен звук присосок, прилепляющихся и отлипающих от стены). Ну, что, Конюх, как идет спуск?
- Нормально, только медленно. Я вот чего подумал – я сейчас под вантузами послюнявлю, чтоб они скользили, и побыстрей пойдет. (Плюет). Во-от… Ой, ой, понесло меня… ой, что-то здесь выступы… ой, ой, а-а-а!!! (Ба-бах!).
- Конюх!
- (Из глубины). Что?
- Как вы там.
- Ударился. Думаю, о нижнюю часть земной коры… верхнею частью коры головного мозга. Шучу, застрял я.
- Что будете делать?
- Буду расширять тут все зубами.
- А почему зубами?
- А руки застряли… по швам. Извини, корреспондент, начинаю расширять… (Чавкает, плюется). Ой, невкусная какая…
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие пятое в сердце вулкана Попокатепетль. День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, Конюх Федоров осуществил спуск внутрь вулкана Попокатепетль, и достиг нижней точки. Конюх, что вы сейчас делаете?
- Это, ну… ну, в общем, это тебе неважно, да и слушателям будет неинтересно. Сейчас закончу и стану флаг устанавливать… в самой ж… жерле вулкана.
- Как там?
- Жарко. Чувствуется, что рядом где-то лава.
- Что вы ощущаете, добившись поставленной цели?
- Ощущаю, что наверх будет очень трудно подыматься, тем более, что один вантуз сломался, а второй я съел. Голодно здесь.
- Кому посвящаете ваше достижение?
- Бетховену.
- Почему?
- Ну, не Шопену же.
- Что вы имеете в виду?
- Да ничего. Ты ерунду спросил, я ерунду ответил.
- А сейчас что собираетесь делать?
Буду водружать флаг. Вот он – торжественный момент. (Удар). Ой, что-то здесь зашевелилося… под ногами. Чего-то газ какой-то пошел… и чего-то красное потекло… горячее… ой, ой!
- А мы наблюдаем удивительную картину – все дрожит, из-под земли доносится гул, изнутри кратера к поверхности что-то поднимается…
- Ты зря наблюдаешь, корреспондент, ты бы с….вал! (Взрыв. Падают два тела). Как думаешь, корреспондент, нас далеко швырануло?
- Не знаю.
- А я думаю, далеко. Не надо было мне, наверное, вулкан будить, ты смотри, чего творится. В общем, так – приеду домой, заведу себе маленькую собачку… вулканической породы. Ну, и нажрусь, конечно.
- Мы поздравляем нашего героя с очередной победой. «Наше Радио» продолжит следить за подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.



Путешествие шестое. Гримпенская трясина.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Англии, в 11 километрах от города Дартмур. Здесь начинаются знаменитые торфяные болота, описанные Артуром Конан Дойлом в повести «Собака Баскервилей» как Гримпенская трясина. Скажите, Конюх, что будет происходить в этой экспедиции?
- Буду пересекать болото вдоль. Сто восемьдесят километров жидкой чвякающей грязной жижи. Я ее буду пересекать, и первым из людей это сделаю, если, конечно, не засосет.
- А если засосет?
- Тогда не пересеку. Для перехода буду использовать такие специальные приспособления… елки, как же называются-то?... ну, такие длинные, как на шарнирах, книзу она так утоньшается, и к ней еще приделана такая платформочка, а на конце пять отросточков, чтобы равновесие держать.
- Знаете, Конюх, то, что вы описываете, очень напоминает ноги…
- О, точно, ноги! Да, так их многие называют…
- Что, только ноги будете использовать, и все?
- А ты что хочешь, чтобы я на этих шел?… ну, как же их… ну, тоже, как эти, которые ты сказал, только сверху…
- Руки?
- Руки, вот! Ты извини, корреспондент, просто ударило меня сильно недавно в экспедиции… открутил мачту, хотел узнать, за счет чего она стоит. Оказалось, за счет болта, который я открутил. Бежал от нее, но она меня опередила… А мы о чем с тобой, корреспондент, говорим?
- Вы по болоту собираетесь иди.
- Ты смотри! А что так?
- А никто еще не ходил.
- Так и не надо, опасно же, может засосать. А как я пойду?
- С помощью этих… которые… вы же сами сказали…
- Когда?
- Э-э… В общем, «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.
- Ноги! Вот же, корреспондент, а ты говоришь! Ноги!



Путешествие шестое. Гримпенская трясина. День второй.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем репортажи из Англии, где, не используя ничего, кроме ног, Конюх Федоров собирается пересечь 180 километров Гримпенских трясин. Скажите, Конюх, что вы берете с собой в экспедицию?
- Конечно, флаг России. Он у меня вокруг поясницы обернут, шерстяной, жена связала, у меня же радикулит. Патриотично и полезно. Термос с горячим коньяком. Хочешь, корреспондент?
- Нет, нет, спасибо, я на работе.
- Да не боись, это ж чай.
- А вы ж сказали…
- Да нет, чтоб жена не догадалась, что там коньяк, я коньяк вылил, а чай налил.
- А в чем же смысл?
- Смысл! Смысл в том, что я коньяк в себя вылил. Он же во мне не виден. Там два литра – на пару дней хватит, а дальше у меня еще бутылок пять с собой есть.
- А как же жена?
- А что жена, жена в термос заглянет, а там чай – она и успокоится. Ты лучше спроси, как я идти буду.
- Как будете идти, Конюх?
- Хороший вопрос, молодец, что спросил. Я вот что придумал – к каждой ноге подведу цепь и проведу ее к руке. Ногу засосало, я ее дерг – и вытащил. Другую засосало, я другую дерг – и тоже вытащил. Метод имени меня.
- А если обе засосет?
- От, корреспондент… во-первых, чтоб ты сдох с такими предположениями, во-вторых, будь ты проклят, а в-третьих, включи логику. Две засосет – двумя руками дерну, это ж ясно.
- Чем будете сейчас заниматься?
- Пойду, подумаю о вечном. О небе, о солнце, и о том, как оно так получается, что телевизор картинку показывает.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие шестое. Гримпенская трясина. День третий.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем репортажи из графства Девоншир, где находится знаменитая Гримпенская трясина. Ее сейчас попытается пересечь легендарный Конюх Федоров. Буквально пять минут назад Конюх пустился в это опаснейшее путешествие. Вот что он сказал непосредственно перед стартом:
- Что ты мне эту штуку в нос суешь? Тычет, понимаешь, в лицо! Я этим лицом смотрю, дышу им, ем, а ты мне тычешь… Что? Микрофон? Ага, граммофон, а-ха-ха!!! Пьяному море по колено, а болото вообще по лодыжку. Все, пошел! . Ой, мороз, моро-оз, не морозь меня!!!…
- Вот так это было, и теперь мы будем ждать, когда Конюх выйдет с нами на связь… Но… что это? С болота слышен какой-то шум… я, конечно, не суеверный человек, но, если вспомнить легенду о собаке Баскервилей… Да, вот из глубины болот к нам приближается что-то… нет, на собаку это не похоже, скорее это какое-то облако…
- Дихлофос! Дихлофос, быстро!
- Это Конюх! Он бежит к нам по болоту в сопровождении огромного количества насекомых – оводы, слепни, комары!
- Бросай свой граммофон, корреспондент, спасай меня!
- Как, Конюх, как?
- Обливай меня бензином и поджигай!
- Зачем?
- Чтоб этих тварей пожгло!
- Вы же сами сгорите…
- Да разберемся, поджигай! (Звук вспыхнувшего факела). Горят, подлюки, аж трескаются… так им и надо… ой, что-то горячо… паленым запахло… извини, корреспондент, где тут ближайший водоем?
- Так вот же, болото.
- От, ты смотри, что-то я, когда горю, плохо соображаю… отойди, корреспондент! (Чвяк! И шипение). Ох ты, гляди, как я подгорел. Интересное путешествие получается…
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие шестое. Гримпенская трясина. День четвертый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем репортажи с Гримпенской трясины, которую уже второй день пытается пересечь Конюх Федоров. Как вы знаете, вчерашняя попытка окончилась неудачей. Конюх вернулся весь облепленный насекомыми – оводами, слепнями, комарами. На всем теле и на лице видны следы укусов… хотя, точнее было бы сказать, что сквозь укусы проступают следы лица…
- Вот здесь, вот здесь… ох ты, как же чешется.
- Конюх, что произошло?
- Ты не отвлекайся, мазай меня, а я буду говорить. Вот так, да… Ты понимаешь, очень уж я верю в эти народные поговорки – «Кто рано встает, тому бог дает», «че, че? – через плечо», «а? – хрен на» и все такое. Ну, вспомнил, что ОНО не тонет, и, чтоб в болоте не утонуть, пошел на пастбище, намазался… онОм. Думаю, может, и не поможет, но совесть будет чиста, а руки и лицо я через три дня помою.
- А вам не было как-то… неприятно?
Нюхать неприятно, а на ощупь нормально, заодно зверей, думал, будет отпугивать… а вот насекомых, оказалось, наоборот. Дальше ты все видел.
- Так что, может, перенесете экспедицию?
- Почему?
- У вас же три четверти кожи в волдырях.
- Да перестань, корреспондент, когда мне это мешало… хотя такое со мной в первый раз.
- Тогда вот, возьмите, вам подарок – искусственный глаз, который изготовили для вас на всякий случай ведущие офтальмологи России. Им вы всегда будете видеть Красную площадь, Кремль и президента России, которые изображены на роговице.
- Ну, что ж, в дороге все пригодится. Бывай, корреспондент, пошел я. (Плюх!)
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие шестое. Гримпенская трясина. День пятый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем репортажи с Гримпенской трясины, которую уже второй день штурмует наш великий современник. С момента старта прошло восемь часов, но мы его еще видим – он прошел метров девятьсот, и уже часа полтора почти не сдвигается с места… хотя и не тонет. Связь с ним очень плохая… но вот, кажется, получилось… Конюх, слышите меня?
- лыш… оч… лох… (Слышу очень плохо).
- Что вы говорите?
- Что?! Темно здесь и страшно. Не видно, куда тонуть. (Так же прерывисто).
- Похоже, Конюху нужна помощь. Мы выезжаем к нему на вездеходе на воздушной подушке.
- Заберите меня отсюда, ребятки! (Так же прерывисто).
- Конюх, мы к вам едем!
- Что?
- Выехали к вам, скоро будем
- Не слышу вас!
- (Кому-то рядом). Включите мегафон. (В мегафон, страшным искаженным голосом). Конюх, держитесь!
- Ой! Ой, ребятки, что это?
- Что, Конюх, что?
- Страшное, с глазами, орет… ох ты ж ***… (ну и т.д. – быстро удаляется со страшными матами).
- Конюх, конюх, стойте!
- *** ты, ***… (Перебивка).
- Невероятное, невероятное окончание экспедиции! Всего полчаса назад Конюх штурмовал болото в километре от старта, и вот он уже преодолел 180 километров и финишировал!
- (Тяжело дышит). Ой, мамочки… мамочки родные, что было… ой, что было, боженьки, боженьки…
- Конюх, что случилось?
- Чудище болотное чуть меня не утащило. Значит, иду я… темно, скучно… Позвонил в «секс по телефону»… ну, чтоб не так одиноко, и отвлечься. Потом вы позвонили, разговариваю, докладываю обстановку, и тут вдруг из темноты какой-то страшный голосина как заорет… и два глаза, вот таких, с луну. Сначала я … ну, неважно, а потом включились дополнительные ресурсы организма. Как пошпилил по болоту – только грязь во все стороны.
- Конюх, так это же мы были на вездеходе.
- Что? Это ты был? А ну-ка подь сюды, корреспондент, я тебе твой микрофон в ж… засуну…
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра. О-о-о!!!!


Путешествие седьмое. Через всю Россию по линии высоковольтных передач.



День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся на Воробьевых горах, откуда стартует экспедиция «Москва-Владивосток» в составе Конюха Федорова и удивительного приспособления для передвижения по высоковольтным проводам. Оно состоит из небольшого ролика, самого Конюха Федорова и еще одного ролика.
- Ты три вещи не заметил, корреспондент. Два хлястика, которыми это все друг к другу крепится, и проволочку, которую я на провода закидываю, чтобы запитаться.
- А расскажите все по порядку.
- Всё-ё? Ну, так. Прадед мой по линии бабки был скопцом, и как я по этой линии продолжился, непонятно…
- Нет, про устройство.
- А. Значит, хлястиком я пристегнут к колесикам – ты их еще роликами обозвал. Одно к рукам, другое к ногам. Они едут по проводу, а я под ними вишу – так называемая мною «поза пойманного волка».
- А за счет чего они движутся?
- А вот для этого – проволочка. По ней ко мне поступает ток, так что я начинаю сильно шкирбониться, а говоря научно – вибрировать, потому что во мне электрическая энергия превращается в кинетическую. Это один профессор сказал, сам-то я ничего не превращаю, просто вибрирую, и все. А от этой вибрации колеса едут.
- Там же огромное напряжение!
- А я целый год работал, приучал себя – как к змеиному яду. Пальцы в розетку совал, за оголенный провод хватался, кипятильник незаметно себе в ванну подбрасывал. И, потом, РАО «ЕЭС», кстати, технический спонсор экспедиции, то есть, не деньгами дают, а током, так вот они обещают больше полутора тысяч ватт по проводам не пускать, а то могу сгореть. Ну, все, корреспондент, подтолкни меня, поехал.
- Счастливого пути, Конюх! А-а-а-а-а-а-а!!!!!!!!!!
- (Удаляясь). Что ж ты перчатки-то не одел, дурья твоя голова!? Стоит, осыпается, ай-яй-яй…
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


Путешествие седьмое. Через всю Россию по линии высоковольтных передач. День второй.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Вчера отважный Конюх Федоров отправился в путешествие из Москвы во Владивосток по высоковольтным проводам. Напомню, через него идет ток, который крутит ролики, на которых висит Федоров… что-то вроде фуникулера. Алло, Конюх, где вы сейчас?
- Проношусь над Среднерусской Возвышенностью. Хорошо иду, километров семьдесят в час, а то и больше, светофоров же нет.
- Как дела у вас?
- Нормально. Одна проблема – птицы садятся и гадят, а схватить нечем, руки-ноги заняты. Парочку укусил, но остальных это не остановило.
- Как решаете проблему с питанием?
- А чего ее решать? – ем и ем. Я тут на груди газетку постелил, колбаску нарезал, яички вареные, картошечку.
- У вас же руки заняты!
- Так что? Я наловчился – носом придерживаю, в зубах нож держу. Чайку вскипятил.
- А как?
- Хренак! Ха-ха-ха. Кипятильником, как. К проводам его подключил, и все.
- А в чем кипятили?
- Вот ты подумай, корреспондент. У меня из емкостей с собой только рот. В нем и кипячу – водички налил, заварки насыпал, сахарку… Опять же птицы пытаются присоединиться, но я их сдуваю. У меня от этого электричества такой напор идет изо рта… горячий, главное. А ну, подожди, села. (Дует). Ух ты, обуглилась. Совсем я разогрелся. Ладно, все, водочки, и спать.
- Конюх, конюх, осторожно, водка… воспламенится же!
- Да ладно, корреспондент, первый раз, что ли! (Глоток, хлопок). Ой, мама!… от ты это… ничего ж себе, оно вспыхнуло. Все кругом озарилося… вспышка справа, понимаешь.
- У вас все в порядке?
- Ничего, простерелизовался, можно сказать. Заодно, по-новому осознал смысл выражения «трубы горят». Я ж мимо газопровода проезжал, так там, кажись, загорелось. (Взрывы, пламя). Я скорость прибавлю, а то чего-то за мной идет, а ты позвони кому надо, скажи, пусть выезжают тушить, уже можно.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие седьмое. Через всю Россию по линии высоковольтных передач. День третий.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, наш отважный соотечественник Конюх Федоров совершает путешествие из Москвы во Владивосток по высоковольтным проводам, подвешенный к ним на роликах. Конюх, как идет экспедиция?
- Идет, что ей сделается. Уже над тундрой я.
- Зачем, вам же не по пути?
- Понимаешь, какая история – я ж от проводов запитан, поэтому сильно нагрелся. Решил завернуть, подохладиться.
- Как обстановка вокруг?
- Нормально все, только волки за мной бегут, голодные, думают, я упаду. Мясо жареное чуют.
- А откуда у вас жареное мясо?
- Я ж тебе говорю, нагрелся я. Стая – человек триста!
- Триста?
- Ну, тридцать, какая разница – нулем больше, нулем меньше, он же все равно ноль, ничего не значит. Тридцать медведей-шатунов бежит – это ж ужас какой-то.
- Вы же говорили – волков?
- Ты, корреспондент, к словам-то не цепляйся. Волки, овцы, я ж вниз головой еду уже два дня, видно из этой позиции плохо, кровь приливает.
- Страшно вам?
- Да нет, я ж высоко. И потом, я отплевываюсь.
- Что?
- Плююсь в них. Тут же ужас, как холодно, слюна замерзает, и так льдинкой в глаз – тьфу! (Плюется). О, попал! Ну, Васильич, наливай, отметим это дело.
- С кем это вы?
- Попутчик тут у меня. Егеря я подобрал, он меня попросил его до райцентра подбросить.
- И как, подбросили?
- Да нет, райцентр мы уже давно проехали, заговорились. Слышь, корреспондент, не могу больше с тобой разговаривать, к нам гости.
- Какие?
- Да, Васильич договорился, девчонок двух местных подхватим… не, не в смысле двухместных, они одноместные, живут просто здесь… А ну, девки, заскакивай! (Девки захихикали, вскочили).
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие седьмое. Через всю Россию по линии высоковольтных передач. День четвертый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы выходим на связь с Конюхом, который пытается пересечь всю Россию по высоковольтным проводам. Теперь он не один, где-то в Сибири к нему присоединился егерь. Конюх! Конюх, слышите меня?
- Что ж ты так орешь, корреспондент, голова раскалывается. Чего тебе?
- Как егерь?
- Все, нету егеря. Птицы склевали.
- Как склевали?
- Клювами. Короче, не знаю, упустил я этот момент. Просыпаюсь – нету. Видно, сошел где-то. Или, все же, склевали, потому что, когда я засыпал, он в таком состоянии был – в лоскутах. А птицы ж здесь голодные, жрать-то нечего, пустыня.
- Как пустыня? Вы же над тундрой ехали.
- Ехал. А теперь над пустыней.
- И как обстановка?
- Нормально! Главное, потеплело. И люди как-то изменились.
- В каком смысле?
- Покороче стали, но повыше.
- То есть?
- Низенькие, но на конях. Да какие страшные, узкоглазые. Скачут, гонятся за кем-то… Ох ты, это ж суслик. Суслик, бежи, бежи от них, родной… ой, не убег… накинулись, сожрали голыми руками.
- Конюх, куда вы попали?
- Вот и я думаю… Кажись, город начинается… обожди, прочту… Улан-Батор. Это где такое, корреспондент?
- В Монголии.
- Ух ты. Как же это я? А, понял – я развилочку проспал, и вместо того, чтобы на восток ехать, поехал на юго-восток. А с другой стороны, хорошо – за границей побывал. Одно непонятно – говорят, за границей небоскребы, магазины, а тут тебе ни небоскребов, ни магазинов, один суслик, и того сожрали.
- Конюх, что там у вас за крики?
- Это, кажись, они меня заметили, тычут пальцами. Ой! Каменюкой бросил, скотина кривоногая. Все, корреспондент, включаю форсаж. (Звук переключения). Ух, как понеслась! Что, поймали меня, а? Уроды нечерноземные. (Звук удаляется).
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.



Путешествие седьмое. Через всю Россию по линии высоковольтных передач. День пятый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в порту Владивосток, где сегодня должна завершиться экспедиция Конюха Федорова, стартовавшего из Москвы по высоковольтным проводам. На причале играет оркестр, все готово к встрече нашего великого соотечественника. И вот мы видим, как по проводам к нам приближается что-то… боже, это похоже на какой-то огненный шар… нет, это Конюх Федоров, весь в ореоле электрических разрядов!
- Ой, братцы, провода-то заканчиваются… что делать, а?… ловите меня!
- Конюх отрывается от проводов и падает на землю. (Удар). Еще несколько раз падает (звук отскоков и падений)… и еще несколько раз несколько раз падает (звук отскоков и падений)… и вот он передо мной. Здравствуйте, Конюх!
- Ох, хорошо, земля. Здравствуй, корреспондент! Дай, обниму тебя, соскучился я по людям.
- С приездом, Конюх! О-о-о-о-о!!!!! (Треск, удар тока).
- (Слабым голосом). Мы ведем наш репортаж из глазной больницы города Владивостока. Я вижу перед своей кроватью Конюха Федорова в белом халате, с апельсинами. Скажите, Конюх, почему я здесь?
- Ты понимаешь, корреспондент, я ж тебя при встрече обнял, а во мне же остаточное электричество…
- А почему в глазной больнице?
- Так у тебя, как это в песне поется народной – «током долбануло, вылезли глаза». Но ты не переживай, тебе их назад засунули. С оркестром все гораздо хуже вышло. У них же инструменты медные, а я по неосторожности за трубу схватился… еще дождик шел. Короче, они сейчас сами на своих похоронах играют. Это, конечно, шутка, хотя и правда.
- Конюх, простите, я вот что подумал – провода же не сплошные, между ними же столбы. Как вы их проходили?
- (Подумав). Знаешь, корреспондент, хорошо, что ты мне этот вопрос в начале не задал, а то бы, может, и экспедиции не было.
- Конюх, а можно, чтобы ваше следующее путешествие освещал другой корреспондент?
- Ты что, обиделся? Я ж не нарочно. Ну, давай сюда руку, мириться будем.
- А-а-а-а!!!! (Треск, удар тока).
КОНЮХ. В общем, мы это… заканчиваем репортаж о моем путешествии, слушайте нас на следующей неделе. Целую, ваш Конюх.

Путешествие восьмое. В поисках лохнесского чудовища.



День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся в Шотландии, на берегу знаменитого озера Лох-Несс, где разбил свой лагерь прославленный Конюх Федоров. Сейчас я загляну к нему в палатку. Конюх!
- А-а-а-а!!! Уйди, уйди, чудище страшное, не ешь меня, у меня детки малые и жена – дура… А-а… это ты, корреспондент… напугал. Я же тут готовлюсь, встречу представлял, и тут ты.
- Расскажите, что вы собираетесь сделать на этот раз.
- Собираюсь найти пресловутое лохнесское чудовище. Кстати, объясни мне, корреспондент, что такое вот это – «пресловутое». Это что, типа прислонутое к чему-то, там, к дереву, да?
- Нет, это значит «так называемое».
- Не, называемое оно «лохнесское», а вот «пресловутое»?
- Лучше, я вам потом объясню.
- Потом может быть поздно…
- Расскажите, как вы готовитесь?
- Ну, погружаться и по дну ходить – это мне тренироваться не надо, меня ж на выпускном вечере одноклассники в пруд уронили и забыли, а я проспал сутки на дне. Не знал, что я в воде, наверное, потому и не задохнулся. Тут другая проблема.
- Какая?
- Тренируюсь не испугаться. Я ж с ним могу лицом к лицу встретиться – с чудовищем. И тут главное, так сказать, честь России не запятнать, потому что оно, говорят, очень страшное.
- Какие методы применяете?
- Водочку. Там такая технология сложная – значит, сто грамм водочки, потом пятьдесят, и сразу сто. Действует хорошо, сразу не страшно, но есть один недостаток – ровно через три секунды засыпаю. Поэтому продолжаю эксперименты, чтобы увеличить срок бодрствования. Вот, смотри. (Выпивает). Хорошо пошла! Эй, ты, тварь лохнесская, выходи, слышишь, я тебе все уши пообры… Хр-р-р… (Храпит).
- (Шепотом). «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие восьмое. В поисках лохнесского чудовища.

День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы ведем наш репортаж из Шотландии, где знаменитый Конюх Федоров готовится к встрече с загадочным лохнесским чудовищем. Сейчас я, стараясь не шуметь, подхожу к палатке, где Конюх тренируется.
- (Бубнит). В черной-черной комнате стоял черный-черный гроб, а в этом гробу лежал черный-черный человек. И он как закричит (орет): Отдай сердце!
- Мама! (Падает).
- Опять ты, корреспондент! Что ж ты под руку-то, здесь же не хухры-мухры, а научный эксперимент.
- (Слабым голосом). А в чем суть эксперимента?
- Я ж тебе вчера говорил, задача – не испугаться чудовища, а в этом деле все средства хороши. Вот, страшилки себе читаю. Эту только на 15-й раз смог до конца дочитать. Ну, и еще кое-что есть.
- А расскажите поподробнее, нашим слушателям очень интересно.
- Поподробнее? Ну, смотри, я тебя за язык не тянул. Давай, тогда, голову направо поворачивай, только медленно-медленно.
- А-а-а!!! А-а-а!!!
- Ха-ха-ха! Во-от. Это мне из кунсткамеры прислали мальчика пятиглазого. А теперь медленно поворачиваешься налево…
- Может, не надо?
- Ты ж сам просил… теперь смотри.
- А-а-а-а-а-а-а!!!!
- Это из учебника по судебно-медицинской экспертизе. Что эта фотография означает – что когда тебя лопатой по голове убили и в лесу оставили, а там тебя волки поели, то выглядишь ты так себе… Ты где, корреспондент?
- Я здесь… я лежу. Можно, я пойду?
- Ну, иди, и так тебя подудонило.
- До свидания, Конюх… а-а! а-а!!!
- Что, чудовище?
- Да, вот!!!…
- Ты чего, это ж жена моя. И это еще она до свадьбы, ты бы сейчас на нее посмотрел.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие восьмое. В поисках лохнесского чудовища.

День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем освещать попытку прославленного Конюха Федорова найти загадочное лохнесское чудовище. Конюх приближается к нам со стороны озера. Ну, что, как идет подготовка?
- Какая подготовка?
- К экспедиции.
- Какой экспедиции? А, ты про это! Да, что ей сделается, идет себе. Бывает, что я даже сплю, а она идет.
- А что это у вас?
- Где?
- Ну, вот, вы за спиной прячете. Удочки?
- Какие? А, вот эти. А… это я его хотел на удочку подцепить… попробовать. Но, ты знаешь, чего-то он не клюет… ну, чудовищ. Зато пару сомиков поймал.
- А какое они имеют значение в плане подготовки к экспедиции?
- Гигантское. Во-первых, поем вкусно. Во-вторых, в них же фосфор, так что, когда опущусь на глубину, а там темно, то буду светиться и все видеть.
- Так вас же чудовище может заметить!
- Да? Тогда не буду светиться.
- И все-таки, наши слушатели интересуются, как вы будете осуществлять погружение.
- Слушай, корреспондент, а что это мы все про меня, да про меня? Ты лучше расскажи, как ты. Не виделись же бог знает сколько… со вчера!
- А почему я, я же…
- Ты же, ты же. Ты расскажи про семью, про детей. Может, ты чем увлекаешься в свободное время, там, марки собираешь, или собачек фарфоровых?
- Собачек? Нет. А надо?
- Не надо! Видишь, как сложно на вопросы отвечать. А ты все – бе-бе-бе, бе-бе-бе, никак не остановишься.
- Но это мой профессиональный долг…
- Ладно, расслабься. Пойдем, уху сварим, водочки выпьем. Я, может, последние дни доживаю, черт его знает, еще сцапает это шотландское страшилище. Песни под гитарку попоем. Знаешь вот эту: «Над костром пролетает снежинка, как огромный седой вертолет».
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


4. Путешествие восьмое. В поисках лохнесского чудовища.

День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Я стою на берегу шотландского озера Лох-Несс, в которое сегодня должен погрузиться Конюх. Вот он ко мне приближается, но вид у него какой-то очень взволнованный. Конюх, что-то случилось?
- Ох, корреспондент, какого я сейчас ужасу натерпелся…
- Что, видели чудовище?
- Хуже. Чудовищную картину видел – лесбиянскую свадьбу.
- Что?
- Две женщины женились. Причем, одна-то нормальная, симпатичная, а другая ужасная – короткая такая, мускулистая, в бороде и усах.
- Так, может, это был мужчина?
- Ты чего, она же в юбке была, такой, клетчатой.
- Конюх, понимаете, в Шотландии многие ходят в юбке.
- Ну, правильно, и у нас многие ходят в юбках. И кто так ходит, называются женщины. Меня еще мама этому учила. Ладно, корреспондент, погружаться мне надо. Значит, сначала водки выпить – 175 грамм, выверенная доза. Выпил.
- Конюх, вы же говорили, вы от нее засыпаете.
- Так это когда после литра. А после пол-литра – нормально. Камень в руки, чтобы не всплывать – и пошел.
- Конюх, подождите. Вот, по традиции, подарок от слушателей нашей передачи. На этот раз из Благовещенска.
- Ой, а что это?
- Я, к сожалению, не знаю. Очень долго шло и, возможно, испортилось.
- Похоже на котенка. Или на носки.
- У меня была другая версия – пирог с капустой. Просто месяц шел.
- Знаешь, ты это отправь в какую-нибудь благотворительную организацию, пусть они гадают, что это такое. А мне подай-ка этот камень. Пошел. (Плюх, плюх). Ух ты, как же холодно! Как оно там живет, чудовище, у него же водки нет? Буль-буль-буль.
- На наших глазах над головой Конюха сомкнулись воды озера Лох-Несс. Мы продолжим следить за развитием событий. Слушайте нас завтра.


5. Путешествие восьмое. В поисках лохнесского чудовища.
День пятый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Наш микрофон установлен на берегу шотландского озера Лох-Несс, куда вчера погрузился прославленный Конюх Федоров в поисках пресловутого чудовища. Конюх, вы нас слышите?
- Слышу, не кричи, рыбу распугаешь. Ее тут столько! Прямо руками ловлю и ем.
- И как?
- Вкусная, потому что свежая. А невкусная, потому что сырая.
- Нашли что-нибудь?
- Нашел! Монетка старинная, консервная банка и кроссовок Адидас 44 размера почти ненадеванный.
- Чем сейчас занимаетесь?
- Ищу второй кроссовок. Сейчас в пещеру загляну, может, его туда течением занесло…
- (Пауза). Ну, как обстановка? Есть что-то, похожее на кроссовок?
- Есть. Огромное и, кажись, с глазами. И на кроссовок совсем не похожее.
- Конюх!
- Тихо, корреспондент, оно ж заметить может.
- Что, вы нашли чудовище?!!!
- Тихо, я ж сказал, а то я тебе потом являться буду. Господи, господи… как там это… спаси и сохрани от всяких подводных тварей и убереги от чудищ огромадных и от гадостей плавучих, ползучих, под водой живучих… и от летучих, на всякий случай, тоже, мало ли… Ой… на меня смотрит… только не кричать, только не кричать… а-а-а-а!!!!
- Что, Конюх, что?
- А-а-а!!!
- Удивительная картина – Конюх буквально взлетел над поверхностью озера и бежит по воде с колоссальной скоростью… (Удар). Боже, Конюх сбил отдыхающего на скутере… (сильный удар) вот он со всего размаха врезался в катер, патрулирующий озеро, тот перевернулся и загорелся, а Конюх все бежит… Конюх, Конюх, сюда!
- Бежим, бежим, корреспондент!
- Зачем, Конюх?
- Не спрашивай, сейчас догонит. (Перебивка).
- (Тяжело дышит). Мы остановились на привал в тридцати километрах от озера. Конюх, что вы видели?
- Есть, есть оно – чудовище.
- А как выглядит?
- Хуже всего на свете.
- Вы нашли его, понимаете, нашли! Я поздравляю вас с этим колоссальным научным открытием!
- Спасибо, корреспондент. Ты отдышался?
- Да.
- Тогда побежали дальше, только быстрее, а то кто его знает…
- (На бегу). Мы продолжим освещать подвиги нашего великого соотечественника. Слушайте нас на следующей неделе.
- Давай, родной, давай!



9. Путешествие девятое. По путям миграции голубых китов.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся посреди Атлантического океана на исследовательском судне с гордым названием «Заместитель заведующего кафедрой прикладной нейрофилологии Новосибирского университета, доктор наук, профессор Дыбченко Семен Петрович». Со мной – наш прославленный соотечественник Конюх Федоров, готовящийся отправиться в очередную экспедицию. Расскажите, какова цель экспедиции?
- Цель – понять, как там в Мировом океане у голубых китов с местами обитания… почему они такие редкие, и что надо сделать, чтобы они стали как-то почаще… ну, и подвиг, опять же. Для этого собираюсь пройти по путям эмиграции голубых китов.
- Вы имеете в виду – миграции?
- А я как сказал?
- Эмиграции.
- Прости, а ты как сказал?
- Миграции.
- Ага. Извини, а не напомнишь, как я сказал?
- Эмиграции.
- А ты сказал…
- Миграции.
- А в чем разница? В одной букве, что ли? Так что ты мне голову морочишь? Короче, куда они – туда и я, чтобы понять, чего они ходят по морям тудою – сюдою, чего им на месте не сидится… эмигранты второй волны. Может, они какой-нибудь буквой ходят… вот, кони – буквой «г», а я один раз лягушку наблюдал, так она вообще буквой «ж» ходила. То ли у нее так по природе заложено, то ли меня дразнила… жаба. В общем, корреспондент, некогда мне, пошел смотреть карту этой их… как ее?
- Миграции.
- Ну, так я же так и сказал.
- Нет, вы сказали «эмиграции».
- А должен был?
- Миграции.
- А чего не сказал, как должен был?
- Не знаю.
- А по-моему, «эмиграции» подходящей. Больше, а у кита же все большое. Так что, корреспондент, скорее всего ты неправ. А я пойду, извини…
- Мы же в эфире…
- Ты понимаешь, я тут хотел понять кита изнутри, пытался питаться планктоном…
- Подождите… пытались пытаться… то есть, иными словами, пробовали пробовать?
- Сырые водоросли жрал. Эксперимент такой на себе поставил. А теперь пойду, а то, чувствую, эксперимент к концу подходит… Извини… ох, ты…
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие девятое. По путям миграции голубых китов.

День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы с Конюхом сидим в лаборатории исследовательского судна, с которого он будет погружаться в океан, чтобы понять, в чем причина постепенного исчезновения голубых китов.
- Слушай, корреспондент, я вот подумал – может, все гораздо проще: они такие редкие, потому что голубые… понимаешь, на что я намекаю? Ну, гомики, по-нашему. У них же потомства-то и быть не может.
- Да нет, это же просто так, название…
- Просто так! Народ просто так не назовет. Вот козел – его же не просто так козлом назвали, а потому что у него морда козлиная, борода козлиная, повадки козлячьи… Улавливаешь логику?
- А при чем здесь козел?
- При том, что козел маленький, а от него вон сколько проблем – и гадит, и воняет, и мекает все время… А кит крупнее во сто раз – представляешь, как он гадит и воняет? А ты говоришь – просто так!
- Простите, мы немножко отклонились от темы…
- Отклонились! Ничего не отклонились! Здоровенные, понимаешь, морды, а туда же! Они бы еще губы накрасили и чулки натянули!
- Конюх, лучше расскажите, на чем вы будете следовать за китами?
- Не «на чем», а «в чем». Буду в самом ките плыть.
- Прямо в ките?
- А чего? У него, знаешь, какая площадь внутри – метров пятьдесят квадратных. И это еще без подсобных помещений. Между прочим, раза в три больше, чем моя квартира. Единственное, телевизора не будет хватать. Там же розеток-то нету.
- А как вы туда попадете?
- Да, делов-то! Притворюсь рыбкой, он же слепой, а я в него раз – и проскользну.
- Почему слепой? Кит не слепой.
- А кто мне говорил, что он слепой? А-а, это же крот слепой… я их с детства путал… хм, ты смотри, незадача. А что же делать? А? Делать-то что?
- Похоже, Конюх волнуется перед стартом. «Наше Радио» продолжит следить за его путешествием. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие девятое. По путям миграции голубых китов.

День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся на верхней палубе исследовательского судна, с которого Конюх будет погружаться в океан, чтобы проследовать по путям миграции голубых китов. Конюх подходит ко мне, весь обмазанный рыбьим жиром. Ой. Ой. Конюх, что это?
- Что, воняет, да, воняет? Воняет! А для кита это как Шанель номер пять. Он обрадуется, рот раскроет, а я туда и проскользну. Жир, он же еще и скользкий, кроме того, что вонючий… два в одном, как шампунь и кондиционер. Нет, он же меня еще от холода оберегает, так что три в одном – шампунь, кондиционер и холодильник! Хе, шучу.
- Хорошо, Конюх, только не так близко…
- Видишь, действует. За что боролись…
- Понимаю, но все-таки… Конюх, вот, традиционные подарки от наших слушателей. Подарочное издание книги «Ордена, медали и почтовые марки республики Намибия».
- Хорошая книга. У меня как раз на кухне стол качается, так это, по-моему, подойдет…
- И вот еще, школьники города Нижневартовска отлили из сэкономленной на завтраках мелочи самолет Валерия Чкалова, на котором он совершил перелет Москва – Ванкувер.
- Как же это он на таком малюсеньком самолетике – и перелет?
- Да нет, это макет.
- А зачем он на макете, когда можно было на самолете? Ладно, отдайте это Чкалову, это ж его.
- Дело в том, что Чкалов умер.
- И что? Я тоже когда-нибудь умру. Ладно, корреспондент, отойди, разбегаться буду. (Разбегается, падает). Ой!
- Ай-яй-яй! Конюх поскользнулся на рыбьем жире и, не долетев до воды, упал на нижнюю палубу.
- Ох, ребятки, поднимите-ка меня… (Удар. Удар). Выскальзываю, да? А вы меня тогда ногами к краю толкайте. (Удар. Удар). Да ну, не так же сильно… все, пошел! (Плюх!).
- Счастливого пути, Конюх! «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


4. Путешествие девятое. По путям миграции голубых китов.

День четвертый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся на палубе исследовательского судна, с которого Конюх Федоров отправился в экспедицию в чреве голубого кита. Конюх, вы нас слышите?
- Слышу.
- Как у вас дела?
- Замечательно. Я у глаза стою, тут обзор такой – красотища… рыбки плавают…вон, аквалангист утонул… А вот, слушайте. (Бу-бух – громкий гулкий чих).
- Что это?
- Это я ему нос перышком изнутри пощекотал, он и чихнул… дурында здоровая. У него же мозгов-то нет почти – вон они, рядом со мной – жалкая зеленая кучка.
- Что планируете делать?
- Ну, во-первых, пробу воды возьму…
- Зачем?
- Да не знаю, так все делают, что я один, как дурак, буду сложа руки сидеть? Да и пить хочется. Затем, конечно, высеку где-то «ДМБ-84» и «Здесь был я», чтобы все знали, кто здесь был. Думаю, вот, на сетчатке. Ну, и потом, разумеется, во славу нашей родины установлю флаг.
- Где?
- Где-нибудь сзади, чтобы он под влиянием всяких внутрикитовых процессов хотя бы иногда развевался. Сейчас как раз туда направляюсь… ой, поскользнулся… ай, понесло… ха-ха, по спиральке закрутило, это я, видать, в пищеводе… ух ты, аквапарк бесплатный, жалко, детишек со мной нет… (Плюх!). О, в желудок упал… класс! Пойду, еще раз скачусь.
- Ну, вы там поаккуратнее, все-таки кит.
- Да ладно, тут все мягкое и теплое. Вот печень, слышишь? (Чвяк, чвяк. Слышно женское лепетание по-китайски). Ой, печень по-китайски заговорила. Видать, мы уже где-то рядом с Азией. Зашевелилось что-то…ой ты, обезьянка! Не, не обезьянка… женщина.
- Мертвая женщина?
- Не, наоборот, живая. И, главное, прям бросилась ко мне… видать, людей давно не видела. (Лепет по-китайски). А ты это, корреспондент, давай, отключайся, потом поговорим… не до тебя сейчас.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


5. Путешествие девятое. По путям миграции голубых китов.

День пятый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, сегодня важнейший день, сегодня Конюх покинет внутренности голубого кита, в котором он путешествует по Мировому океану, и, скорее всего, откроет для человечества тайну перемещения этих самых больших существ, населяющих нашу планету. Одно невероятное научное открытие уже произошло – Конюх встретил в чреве кита живую тайку, которая, по ее словам, прожила в ките последние три года. Но – слово нашему герою. Конюх, как у вас?
- Ты знаешь, катастрофа!
- Что, эксперименты не удались?
- Да не в этом дело. Мы с моей маоцзедуночкой всю ночь эксперименты проводили, а потом пошли на экскурсию к верхним дыхательным путям. И тут возле поджелудочной как что-то ливанет! Мне-то ничего, я рыбьим жиром намазан, а тайку растворило всю без остатка. Знаешь, как в этой песне: «В кислоте, очертанья тайки тают тают в кислоте…». И смех, и грех.
- Наши соболезнования. А как собираетесь выходить на поверхность?
- А я киту слабительное в желудок подбросил… ему же ничего человеческое не чуждо. Так что выходить наружу буду с этими… ну, как вы какашки по научному называете? Эксперименты?
- Экскременты.
- Во, я ж так и сказал. Хотя, какие это эксперименты? – какашки и какашки. Ладно, кажись подействовало… ловите! Ух ты, елки-палки… (и т.д.).
- И вот мы видим, как Конюх буквально взлетает над поверхностью Индийского океана… а вот уже спасатели поднимают его на борт. Конюх, с возвравщением!
- Ух ты, да-а-а!!!
- Ну, что, вам удалось понять закономерность перемещения голубых китов в Мировом океане?
- Удалось. Пишешь, корреспондент? Значит, закономерность в том, что они куда хотят, туда и плывут.
- А конкретнее?
- Пожалуйста. Хотят направо – плывут направо, хотят налево – плывут налево, хотят вперед… что, корреспондент?
- Плывут вперед?
- Правильно. А хотят назад?
- Плывут назад.
- Неправильно. Разворачиваются и плывут вперед. Вот тебе и вся закономерность.
- Мы поздравляем нашего героя с очередной победой. «Наше Радио» продолжит следить за подвигами великого русского путешественника Конюха Федорова. Слушайте нас на следующей неделе.

Путешествие десятое. Беспосадочный перелет Париж-Лондон-Париж на самодельных крыльях.


День первый.

КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы находимся на самой верхушке Эйфелевой башни, откуда открывается невероятный вид на Париж. Отсюда наш прославленный соотечественник через несколько дней отправится в очередное путешествие, на этот раз – по воздуху. Конюх вот-вот присоединится к нам… вот, открывается лифт, но Конюха там нет…
- Корреспондент! Корреспондент!
- Конюх, где вы?
- Да вот я, дай руку.
- Удивительно! Конюх появляется с внешней стороны, из-за парапета. Залезайте, Конюх, здравствуйте. Вы что, забирались по башне?
- Ну, а как, надо ж было как-то…
- А почему не на лифте?
- А чего, тут есть лифт?
- Да, вот…
- Хм. Понимаешь, привык дома, что лифт есть, но не работает. А потом, я бы все равно не стал, потому что вдруг чего не так сделаешь, или, не дай бог, спросят чего-нибудь, а я же по-французски не знаю. В общем, так как-то надежнее – техника ж может выйти из строя, а я никогда.
- Расскажите о стоящей перед вами задаче.
- Задача такая – перелететь из Парижа в Лондон на собственных крыльях, чтобы, во-первых, доказать, что не обязательно тратить триста долларов на билет, а во-вторых осуществить вековую мечту людей о полете.
- Как это – на собственных крыльях? Вы отрастили крылья?
- Куды? Ты что, дурак, корреспондент, что ты меня пугаешь? Сделал крылья из кровати.
- Как из кровати?
- Сеточку взял, на нее простынку наклеил, а сверху – перышки из подушек. На одно крыло простыни не хватило, пришлось добавить коврик «Серый волк несет Ивана Царевича и еще, там, какую-то барышню». Красиво получилось.
- А как будет происходить процесс взлета?
- Значит, процесс взлета… Слушай, корреспондент, а у меня встречный вопрос – ты не голодный? Я тут, пока лез, один ресторанчик заметил. Пойдем, ознакомимся с национальной французской кухней – там, водочка, пельмешки…
- Ну… идемте. «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


2. Путешествие десятое. Беспосадочный перелет Париж-Лондон-Париж на самодельных крыльях.
День второй.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы продолжаем наблюдать за подготовкой к экспедиции. Скажите, Конюх, какова технология полета?
- Технология такова – надеваю вот эти крылья – я ж тебе про них рассказывал – и очень-очень быстро ими махаю…
- Машу.
- Что, машу?
- Не махаю, а машу.
- Ты, может, и «машу», а я махаю. Только, чтобы удержаться в воздухе, я должен делать не меньше 350 взмахов в секунду. Принцип пчелы.
- И что, получается?
- Тут, конечно, сложность, потому что махать с такой частотой руками ни один человек в нормальном состоянии не может. А в ненормальном есть такие, которые могут. Вон, у нас в городе на перекрестке регулировщик, он, как выпьет, так руками махает…
- Машет.
- Что «машет»?
- Руками машет.
- Ты знаешь, он так быстро махает, что, может, иногда и машет, но я не замечал. Короче, так ими шерудит, что аж от земли отрывается. Так и висит метрах в двух над мостовой, весь город ходит смотреть. Мальчишки его камнями пытаются сбить, но в него хрен попадешь, его ж почти не видно – типа, вентилятор.
- Что вы говорите!
- А что я говорю? Ну, хорошо, ладно, наврал, не в двух, а в полутора, и не регулировщик, а стрекоза, так что? Что, нельзя фантазию включить, и ее опытом воспользоваться?… Слушай, корреспондент, я же это… чтобы полегче стать, я же худею… поэтому очень жрать хочется. В этом же вчера ресторанчике вкусно было, правда?
- Ну, да.
- Вот. Так что, пойдем туда, только быстрее, а то мне после шести нельзя.
- Так сейчас же уже восемь.
- Восемь! Это здесь восемь, а в Китае еще только четыре утра, так что у нас с тобой времени… Пошли.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


3. Путешествие десятое. Беспосадочный перелет Париж-Лондон-Париж на самодельных крыльях.
День третий.


КОРРЕСПОНДЕНТ. В прошлый раз мы прервались в момент рассказа Конюха о технических аспектах экспедиции. Напомню, что для этого полета Конюх изготовил два крыла, которыми он должен взмахивать с частотой 350 раз в секунду, чтобы удержаться в воздухе. Скажите, Конюх, как вы собираетесь достичь такого результата?
- Как, как! Буду взмахивать 5 раз в секунду, а скажу, что 350! Ха-ха-ха! Шучу. Я пробовал через себя ток пропускать, но это дает только 150 махов. Больше нельзя – убьет, а мертвым махать руками бесполезно, потому что есть опасность полететь не туда.
- И как же вы решили эту проблему?
- Ты знаешь, как-то само собой получилось. Вспомнил самое страшное, что у меня было в жизни – экспедицию по Гарлему с плакатом «Белые лучше черных».
- А зачем вы ее предприняли?
- Знаешь, хотелось доказать, что есть люди, которые ничего не боятся.
- И как?
- Оказалось, что, может быть, такие люди и есть, но я в их число не вхожу. Эти черные, которых я лучше, они за мной как погнались, один страшный такой, без зубов и с большим магнитофоном. Так меня так затрясло, что я через десять минут очнулся на статуе Свободы. Говорят, по воздуху прилетел. Так я, когда об этом вспомнил, тоже так завибрировал, что аж от земли оторвался. А будь на мне крылья?
- И что, будете всю дорогу думать про Гарлем?
- Нет, только на старте, чтобы взлететь.
- А дальше как?
- Как? А вот иди сюда, корреспондент. Перегнись-ка через парапет… а ну-ка, побольше перегнись.
- Ой, ой, не надо, вы чего?
- А хочешь, весь туда свесься, а я тебя подержу?
- Нет, нет, нет, отпустите!
- О, видишь, как ты руками замахал? Во-от! А я знаешь, как высоты боюсь? Так что, взлечу от негров, а махать буду от высоты. Два разных способа испугаться, а результат одинаковый.
- Невероятно… как просто, и как эффективно!
- Слушай, корреспондент, а вот ресторанчик, где мы с тобой вчера и позавчера ели, он же нам с тобой нравится, верно?
- Вы же худеете!
- Так я же и вчера худел. Давай, быстро говори, чего надо, и пойдем.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Мы вернемся в ресторанчик… ой, мы вернемся к вам завтра.


4. Путешествие десятое. Беспосадочный перелет Париж-Лондон-Париж на самодельных крыльях.
День четвертый.


КОРРЕСПОНДЕНТ. Итак, сегодня последний день перед стартом Конюха… последние приготовления. Конюх, как дела?
- Тут как – если в общем, то хорошо, а если для экспедиции – то так себе.
- А в чем дело?
- Ты понимаешь, я же, чтобы полегче быть в полете, я же худел.
- Я помню.
- Вот. А когда худеешь, есть же очень хочется, поэтому я ел… ну, и в процессе похудения поправился на десять килограммов.
- Вам, наверное, надо было пытаться набрать вес. Вы бы тогда много ели, вам бы не хотелось есть, и вы бы в итоге похудели.
- Толково. Эх, корреспондент, вот где ты раньше был?
- Я? В Лувре. Джоконду смотрел…
- Знаешь, корреспондент, ты прости, конечно, вот уж на что я дурак, но ты что-то совсем…
- Просто, вы спросили, где я был, а я ответил.
- Вот и молодец! Слушай, корреспондент, мы же тут с тобой три дня подряд в очень хороший ресторанчик ходим, может, пойдем, поедим, чтобы я похудел, а ты как хочешь.
- Ну, если для дела, то… конечно. А если вы вдруг не похудеете, а наоборот?
- А чего вдруг наоборот? Я ж буду раздельно питаться. Возьму отдельно картошечки, отдельно мясца, отдельно жульенчик… не, лучше два жульенчика, и все это отдельно съем… и отдельно коньячком запью.
- Да, Франция славится своими коньяками.
- А чего ими славится, их пить надо. Да и крылья заодно обмоем, чтоб хорошо летели. Смотри, какие красивые, а?
- А почему столько звездочек?
- Да, это я пока тренировался, восемь дельтапланеристов сбил. Ну, пошли, пошли, завтра в дорогу, надо многое успеть.
- «Наше Радио» продолжит следить за путешествием Конюха Федорова. Слушайте нас завтра.


5. Путешествие десятое. Беспосадочный перелет Париж-Лондон-Париж на самодельных крыльях. День пятый.

КОНЮХ. Але! Але! Раз-раз-раз… с вами великий русский путешественник Конюх Федоров. Мы продолжаем репортаж о моем полете из очень хорошего ресторанчика на Эйфелевой башне. Это все, конечно, корреспондент должен был рассказывать, но он сейчас очень-очень занят. Ну, честно. Короче, пописать он отошел, сейчас вернется. Эй, гарсон, иди сюда! Вот, чего ты там ходишь, ты видишь, что у мсье не налито? А я тебя как учил? – чтоб все время было налито. Все, давай, исполняй. О, корреспондент, давай, мы уже в эфире…
КОРРЕСПОНДЕНТ. Мы начинаем репортаж о пятом дне….
- Это я уже все рассказал.
- А что я тогда должен говорить?
- А ничего. Хочешь – анекдот расскажи, а хочешь – так выпьем.
- Конюх, за ваш полет!
- Какой полет?
- Вам же сейчас лететь…
- Корреспондент, ты гений! За тебя… и полетел.
- Конюх, крылья забыли.
- Да, перестань, зачем мне сейчас? Пешком полечу.
- Это же окно!
- Ну и хорошо. (Звук разбитого стекла, крик, удар, всплеск).
- Мы заканчиваем цикл репортажей о падении Конюха Федорова с Эйфелевой башни в Сену. Ну, то есть… он не сразу в Сену упал, он сначала на мостовую, и уже от нее отскочил в воду… Его сейчас там баграми выловят, и сюда принесут, а мы продолжим… Конечно, перелет Париж-Лондон-Париж не состоялся, но конечная цель-то достигнута. Мы в Париже! Вопросы есть?
- Мсье, силь ву пле.
- О, нам счет принесли… Дорогие друзья, сенсация! Конюх не долетел до Лондона, зато он установил другой потрясающий рекорд – за пять дней подготовки он выпил 29 литров коньяку. И я горжусь, горжусь, что там есть и мои 400 грамм… Что ты на меня смотришь? Кто будет платить? Пушкин! Понял? А я – нихт ферштейн. Хенде Хох! Это вам за 812 год! Наша Останкинская башня выше вашей Эйфелевой в два раза! А как горит! (Поет). Едут, едут по Парижу наши казаки! Ура-а!!!

ЭКСПЕДИЦИЯ КОНЮХА ФЕДОРОВА ч.2










1993-2017 © Театр "Квартет И". Использование материалов сайта без разрешения редакции запрещено. Оформление сайта: МАМАдизайн   www.mama-design.org